Главная » 2013 » Январь » 5 » ЭХО ВОЙНЫ
09:06
ЭХО ВОЙНЫ

 

 

ДЕВУШКИ ИЗ ГОСПИТАЛЯ №2403


История этого удивительного поиска началась 40 лет назад. Началась она довольно обычно, если можно назвать обычным то, что связано с Великой Отечественной войной. Меня только что утвердили редактором областной студенческой газеты, которую ЦК комсомола впервые решило издавать под эгидой областного комитета ВЛКСМ для 15-тысячного отряда бойцов, работающих во всех уголках Смоленщины и тысячи бойцов строек города Гагарина.
Еженедельная газета на четыре полосы тиражом 3000 экземпляров печаталась в областной типографии им. Смирнова, в редакции было еще два литсотрудника и фотокор… Газету надо было наполнять интересным материалом, мы ездили по всей области.
Как-то на вертолете вместе с командиром областного отряда Анатолием Парасочко и комиссаром Владимиром Голичевым прилетел я в отдаленные Холм-Жирки, по обычаю купил тамошнюю районную газету «Вперед» и увидел небольшую заметку, с которой все и началось…
Тогда, 40 лет назад это началось, а продолжается до сего дня – этот поиск.
В заметке, которая была подписана «Л.Н. Кудрявцев» автор просил холм-жирковцев, - из тех, кто мог знать девушек из фронтового госпиталя, откликнуться, написать ему в Воронеж. В заметке был адрес, и я увидел, что вместе с нашей газетой «Энтузиаст» отряды, работающие в Холм-Жирковском районе, смогут подключиться к этому поиску. Я написал письмо Льву Ниловичу Кудрявцеву с просьбой рассказать подробности об этом госпитале, архива которого не сохранился из-за жуткой трагедии, которая случилась с ним во время одной из бомбежек.
Ответ из Воронежа пришел быстро. Каково же было мое удивление, что часть пути этого госпиталя связана с моим родным и сугубо тыловым городом Вязники и более того, - с писателем Иваном Алексеевичем Симоновым, с которым я был знаком и который был, как оказалось «нештатным» начальником штаба этого госпиталя…
Забегая вперед, скажу, что Иван Алексеевич нашел в своем архиве даже фотографии девушек из этого госпиталя, о которых пишет Кудрявцев.
В общем, я взял командировку в Вязники. Иван Алексеевич вышел ко мне в длинном халате… Потом, спустя годы, мы с ним много общались до самых его последних дней, а тогда он меня едва помнил: чуть ли не год назад до того нас бегло познакомил в книжном магазине известный вязниковский учитель Донат Андреевич Обидин, который вел переписку со всем миром и имел крупнейшую в стране коллекцию открыток.
...Я рассказывал писателю про нашу газету, про «Поиск», дал письмо Кудрявцева. Иван Алексеевич, взволнованный воспоминаниями, читал его, то и дело отрываясь и восклицая: «Да, да, именно так и было». Весь воскресный вечер он рассказывал мне о Соловьевой переправе, о госпитале, о девушках-медсестрах, о трагической бомбардировке. А когда стало уже совсем поздно, Иван Алексеевич принес коробку с маленькими фронтовыми фотографиями. Многих девушек, которых упоминает в своем письме Лев Нилович, мы нашли. Я попросил у него разрешения переснять эти снимки и опубликовать в нашей газете.
Потом я не раз бывал на Соловьевой переправе, в один из приездов, в связи с открытием первого капитального бетонного моста через Днепр мы сажали рябины там, я тоже свою рябину посадил здесь в память о павших… Первое, что поражает у деревни Соловьево и вообще в Кардымовском районе – любая попытка копнуть землю, приводит к тому, что натыкаешься на металл. Вся земля была здесь буквально нашпигована гильзами, касками, частями орудий… Был я в Сафонове, и в Ярцеве, где формировался госпиталь, и везде в той или иной мере поиск того госпиталя и тех, кто о нем что-то знал, продолжался.
…Но все-таки самое начало для поиска положило вот это письмо:
Смоленск. Ул. Коненкова, д. 3. Областной штаб студенческих строительных отрядов им. Ю.А. Гагарина. Редактору газеты «Энтузиаст» В.Р. Цыплеву.
Высылаю для газеты «Энтузиаст» письмо с подробным описанием обстоятельства гибели медсестры Картошкиной и других военнослужащих госпиталя №2403. Помимо моих личных воспоминаний, я использовал письма военнослужащих, которые были очевидцами трагедии: бывшего начальника хирургического отделения врача А.А. Шокиной, ст. хирургической медсестры Е.Н. Никифоровой, старшей медсестры В.И. Кононовой, медсестры М. П. Сергеевой-Фаустовой.
Сообщаю Вам для «Поиска» адреса лиц, которые могут сообщить другие детали, опущенные мною или мне неизвестные. Л.Н. КУДРЯВЦЕВ.
25 июня 1941 года из Сычевского и Холм-Жирковского районов прибыли для зачисления в штат хирургического полевого подвижного госпиталя на должности старших медицинских сестер девушки Софья Иголкина и Мария Картошкина.
На базе гарнизонного госпиталя г. Вязьмы я формировал этот госпиталь - ХППГ № 2403. Девушки сразу включились в работу по приему прибывающих из военкоматов солдат н офицеров. Они помогали получать имущество, оружие, медикаменты, обмундирование. Подключили к этой работе своих односельчан. За десять дней госпиталь был полностью сформирован и 5-го июля направлен на фронт в состав 20-й армии Западного фронта.
Армия вела тяжелые оборонительные бои. Наш госпиталь 7 июля принял первых раненых. На следующий день нас обстреляли из пулеметов немецкие истребители. Девушки, работающие в перевязочных и операционных, не оставили своих рабочих мест и продолжали оказывать медицинскую помощь раненым. Армия переправилась через Днепр по знаменитой Соловьёвой переправе.
В связи со значительными потерями имущества (переправу и ночью и днем бомбили немецкие самолеты, госпиталь потерял весь транспорт и большую часть медицинского оборудования) мы были направлены под Вязьму для переформирования в госпиталь для легкораненых.
В короткие перерывы между налетами госпиталь погрузил все свое имущество, выехал сначала в М. Ярославец, потом в Ряжск, а оттуда по железной дороге через Владимир в Вязники.
В Вязниках госпиталь принимал раненых, поступающих с полей сражений, которые велись на подступах к Москве. Раненые прибывали санитарными поездами и ночью и днем. Обработка часто велась круглосуточно, на сон персоналу госпиталя иногда оставалось по 3-4 часа в сутки.
В конце августа 1942 года госпиталь передислоцировался в район Калуги и был введен в состав 11 гвардейской армии, которой в то время командовал И.X. Баграмян. С этой армией госпиталь участвовал в операциях на Курской дуге, а потом был переброшен в Великие Луки, где к этому времени сосредоточилась вся 11 гв. армия.
Госпиталь № 2403 разгрузился недалеко от железнодорожной линии, где разгружались также и другие воинские части, в том числе и танковые. На железнодорожных путях стояли цистерны с горючим, транспорты с боеприпасами и другим военным имуществом.
Недалеко от железнодорожных путей было болото, возле которого и разместились подразделения госпиталя и ожидали указаний о переезде на место развёртывания госпиталя. Здесь начался и окончился этот трагический для госпиталя налет немецкой авиации.
В одной из палаток персонал развернул санпропускник. Минут через сорок ведущий хирург Л.М. Шабанов увидел приближающиеся к станции большие группы самолетов и предупредил персонал о воздушной опасности. Девушки выбежали по направлению к болотцу в укрытия. Медсестры Мария Сергеева ц Вера Рымакова укрылись в старой воронке. Врачи А.А. Шокина и В. Ривкина легли на краю болота. Некоторые укрылись в складках местности в канавах.
Со слов М. Сергеевой, Соня Иголкина вышла из санпропускника, заплетая на ходу косы. Мы закричали ей: Соня, ложись. Началась бомбежка и мы потеряли друг друга из вида. Самолеты все летели н летели, казалось, этой бомбежке не будет конца. Кругом все горело, рвались в вагонах боеприпасы, загорались и взрывались цистерны с горючим, дико ржали лошади, где-то за дорогой горели самолеты на аэродроме. Стреляли зенитки, их выстрелы создавали впечатление, будто поблизости рубят лес.
Дальше Сергеева продолжала: «Стоящий на путях транспорт с танками увезла молодая женщина - машинист паровоза. Кругом были раненые. Я в это время ни Сони, ни Маши не видела. Мне кто-то сказал, что раненых надо нести в маленький домик, что стоял у самого болота, где развернута перевязочная, и там оказывают помощь Шабанов, Дуся Никифорова и другие медработники госпиталя.

Пошли туда и сразу же увидели Аню Козлову, у которой были оторваны обе ноги. Стояли растерявшиеся две санитарки, не зная, что предпринять. Положив Аню на чью-то плащ-палатку, понесли в перевязочную, но буквально через несколько секунд она умерла. Ане было 24 года, она только окончила пединститут н была направлена в госпиталь политруком.
Стало темнеть, но н ночью налеты немецкой авиации не прекратились. Была ранена кастелянша Дуся Козлова, которая через несколько часов умерла. Среди раненых была и Маша Картошкина, которая с тяжелым осколочным ранением в живот была направлена в специализированный госпиталь.
Соня Иголкина погибла. Ее долго не могли найти. Смерть была мгновенной».
Этот рассказ Сергеевой дополняет в своем письме врач Шокина А.А., которая была начальником отделения:
«Через некоторое время я обнаружила останки Сони Иголкиной. Опознала ее по русой косе, которую я заплетала в вагоне и завязала голубенькой ленточкой. Нашли Сонин сапожок с белым носочком.
Стало темнеть, и я пошла в домик, где была перевязочная, и нашла там Марусю Картошкину. Маша была в сознании и просила меня разыскать ее мать и сестру Лену».
г.  Воронеж.
…Со времени той публикации прошло 40 лет. Не стало писателя Ивана Алексеевича Симонова, с которым потом мы много общались, разговаривали на темы войны – это было его болью до конца дней… Давно не откликается уже на письма Лев Нилович Кудрявцев… Да и вся жизнь поменялась…
Но как бы ни менялась жизнь, люди не перестали искать, ждать и верить. Среди массы негативного в новом времени, появились и отдельные пусть пока только технические, но положительные стороны, которых в эпоху энтузиазма и подъема духа не было, – открылись архивы, стали доступны электронные базы. Теперь мне удалось, наконец, установить, что полевой подвижной госпиталь № 2403 находился в Вязниках с 15 ноября1941 по 30 августа 1942 года, т.е. за год до трагедии. Теперь стало понятно, почему в архиве Министерства обороны нет данных по этому госпиталю – в ту бомбежку были уничтожены и все документы.
Нынешний поиск по электронным базам дал и общие результаты по вязниковским госпиталям. В разное время в Вязниках дислоцировались 11 госпиталей, а четыре госпиталя работали от года до пяти лет:
- эвакогоспиталь № 1892, он лечил раненых в Вязниках всю войну и дольше, до полного излечения тяжелораненых с 23 июня 1941 года по 1 апреля 1946-го;
- с 12 октября 1941 года по 15 октября 1943-го здесь располагался госпиталь № 1754;
- эвакогоспиталь № 1379 работал в Вязниках с декабря 1941 года по ноябрь 1943-го;
- эвакогоспиталь № 3087 был в Вязниках с 20 июля 1941 года по 1 августа 1942 года.
Но самое главное – удалось найти сведения о тех самых девушках из госпиталя № 2403. Я даже не ожидал, что такое возможно: через сорок лет после начала поиска обнаружились вехи их коротких биографий.
Из Донесения о безвозвратных потерях в санучреждениях 11-ой Гвардейской Армии:
Лейтенант медицинской службы Иголкина Софья Петровна, 1919 года рождения, старшая медсестра госпиталя легкораненых №2403, место рождения – Воронежская область, Бутурлиновский район, Б. Архангельский с/с, с. Тюкино, призвана Сычевским РВК Смоленской области. 4 ноября 1943 года убита во время вражеского налета на станцию Великие Луки. Похоронена в полукилометре северо-западнее д. Кожино Калининской области.
Лейтенант Козлова Анна Иосифовна, 1919 года рождения, место рождения – Москва, специальность - преподаватель, должность - пропагандист хирургического отделения госпиталя легкораненых №2403, призывалась Свердловским РВК г. Москвы. 4 ноября 1943 года убита во время вражеского налета на станцию Великие Луки. Похоронена в полукилометре северо-западнее д. Кожино Калининской области.
Лейтенант медицинской службы Картошкина Мария Николаевна, старшая медицинская сестра госпиталя легкораненых №2403, 1919 года рождения, место рождения – д. Скрипино Васильевского с/с Сафоновского района Смоленской области, призывалась Ярцевским РВК Смоленской области. Во время вражеского налета на станцию Великие Луки 4 ноября 1943 года тяжело ранена, 6-го ноября умерла от ран. Похоронена в полукилометре северо-западнее д. Кожино Калининской области.
(По информации из списков захоронений деревня Кожино указана в Куньинском районе Псковской области).   
Документ подписали зам. начальника санитарного отдела 11 гв. Армии гв. майор медслужбы Лапидус и начальник 5-го отделения гв. майор медслужбы Дибривный.
В базе «Подвиг народа» удалось отыскать и Наградной лист Марии Картошкиной. Она была награждена медалью «За боевые заслуги».

В представлении к награде говорится: Картошкина Мария Николаевна призывалась Ярцевским РВК Смоленской области, в госпитале легко раненых работает с первых дней войны, во время февральско-мартовских операций 1943 года вместе с начальником хирургического отделения трое суток почти не выходила из перевязочной, принимая и обрабатывая поток раненых…
Преставление к медали подписали начальник госпиталя 2403 гв. майор медслужбы Лукацкий, начальник санитарного отдела 11 Гвардейской Армии гв. полковник Потапов, заместитель командующего по тылу 11 гв. армии гв. генерал-майор Лазаревич. Утвердили награду девушке член военного совета армии гв. генерал-майор Куликов и командующий войсками 11 Гв. Армии гв генерал-полковник Баграмян.
Последняя подпись на награду была поставлена 16 сентября 1943 года. До той трагедии, которая разыгралась на станции Великие Луки во время бомбежки 4 ноября, оставалось полтора месяца…
…Девушкам из госпиталя № 2403 было по 24 года…

Владимир ЦЫПЛЕВ

Смоленск – Холм-Жирки – Вязники – Ярцево – Сафоново
1943 - 1973 - 2013

Еще об этом госпитале на сайте "БЫЛОЕ" здесь: http://tsiplev.ucoz.ru/blog/sosed_ivan_talalenko/2013-01-19-59 (есть фото Л.Кудрявцева)

 

 

Категория: Уникальная информация | Просмотров: 820 | Добавил: Рэмович