Главная » Статьи » Л.А. Аносов. Иллюстрированный сборник

И.А. ГОЛЫШЕВ "Синодики Вязниковского Благовещенского монастыря"

 

Владимирские епархиальные ведомости.

/1885 г. №2/н/

СИНОДИКИ ВЯЗНИКОВСКОГО БЛАГОВЕЩЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ. 1651,1679,1686 гг.

Изучение древности не есть изучение отдельное. Всякий раз, как эта благородная наука возвышается над мертвою буквою, она делается историею человеческого духа. Она применима не только всем возрастам и ко всем положениям в жизни, но она открывает еще столь обширное поле. что мысль на нем с охотою останавливается...

/Уваров. Предисловие к опыту об Елисеевских таинствах.СПб,1812 г./

/ Рукописные синодики. Лицевые рукописи. Гибель рукописей. Значение Русских лицевых рукописей. Достопримечательность синодиков. Синодики  Вязниковского монастыря. Первый синодик с летописью 1679 г. Второй синодик с летописью"1686 г. Третий синодик с летописью 1651 г. Богатый и Лазарь. Борьба человека со смертью. Победа смерти. Восстание мертвых. Житейская слава. Сребролюбец. Внезапная смерть. Разлучение души от тела. Цари к убогие. Душа и Ангелы. Размышление об умершем. Плач над умершим. Последнее целование. Погребение умершего.Человек - перст земли. Суета мирская. Бесы правосудия. Память по умершем. Душа чистая. Падение человека. Лубочные картинки и иконы. Драгоценность синодиков. Важность и интерес издания их./

Сохранившиеся рукописные синодики с лицевыми рисунками составляют весьма богатый и ценный материал для археологии, они могут и стали служить предметом особенного внимания и живого интереса. Замысловатые изображения и сюжеты, замечательные по изяществу и правильности исполнения орнаменты, рамки, бордюры и буквы, написанные чрезвычайно отчетливо от руки тогда, когда еще не было других приспособлений, кроме одной кисти и гусиного пера. тонкость и правильность фигур, сделанных тушью, золотом и киноварью представляет высокую сторону искусства давно минувшего времени. В рамках, орнаментах и буквах замечается строгая верность усидчивого выполнения. которое показывает, что к сему делу прилагалось все усердие и старание, не жалея ни времени, ни труда. Другие рисунки, если не отличаются искусством и художественною стороною, зато в них много самобытной фантазии с аллегорическим олицетворением событий, относящихся к суетности жизни человеческой и загробного бытия. Насколько ценны и дороги для нас - Русских эти памятники старины! Они были носителями религиозно-нравственных истин народа, были первыми его руководителями и воспитателями. Мысль, передаваемая таким путем, быстрее усваивалась в памяти народной и переходила из поколения в поколение, о важности их назад тому слишком двадцать лет изъясняется: Церковная живопись и грамотность, перешедшая вместе с христианскою верой в Русский мир из Византийского, служили действительными средствами к распространению истин веры и правил благочестия, кои начертывало перо и олицетворяла кисть. Сочетанием образа с словом оне глубже впечатливались в воображении памяти и понятии простолюдина.

Кроме стенописи, вошла в употребление миниатюрная живопись на пергаменте, бомбецине и тряпичной бумаге, тем более, что ее произведения могли иметь движение. С древнейших времен на Руси. любили украшать миниатюрными изображениями священные, церковно-богослужебные книги, сборники, летописи, житейники святых, синодики. Судя по уцелевшим до наших времен лицевым рукописям, с достоверностью можно предполагать о множестве погибших в пожары, утраченных от небрежения, истребленных невежеством.

/Сноска. Лубочные картинки Русского народа в Московском мире И. Снегирева, М. 1861г./

Затем о старинных подобных фолиантах по своей редкости и древности особенно важных с точки зрения науки говорится: Известно, что значение наших лицевых и иллюстрированных рукописей, хотя и не отличающихся отдаленной древностью, почти совсем не исследовано, а между тем значение их бросается в глаза по самом поверхностном сличении с лицевыми изображениями греческими, персидскими, германскими и французскими.

Вообще говоря, большая часть наших лицевых рукописей принадлежит 16,17 и 18 столетиям, т.е.тому времени. когда в Германии, Франции и Италии в массе гравировались произведения знаменитых художников, и, несмотря на позднее появление свое, наши лицевые рукописи отличаются во всех даже позднейших и неискуснейших грубейших копиях и переделках сохранением древнейших типов, носящих на себе несомненный, явный отпечаток подлинности. Самое происхождение их, а равно и отношение к иллюстрации китайской, персидской, греческой, итальянской, французской, ирландской, англо-саксонской и германской, до такой степени не исследовано, что признавая сходство наших лицевых изображений с иностранными, мы, однако же, не можем указать на прямое заимствование. Оно и понятно. Искусство в России развивалось и распространялось не подражательно, не путем копирования чужеземных оригиналов. Можно предполагать даже, что Русские знаменщики обладали огромным запасом патронов, вырезок, прописей, накопившихся в течение веков, и ими-то наши художники воспользовались с большим умением и ловкостью.   

/Сноска. О значении Русских лицевых рукописей. Кн. П.П.Вяземского. Протокол год. собр. чл. Общ. Люб. Древ. Писменн. СПб, 1878 г./

Если такую значительную важность приобрели наши старинные отпечатанные рукописи и иллюстрации, исполненные резцом граверов и знаменщиков и посредством тиснения вышедшие во многих экземплярах, то несомненно важнее еще и драгоценнее по своей редкости рукописи и рисунки, которые появились и вышли на свет Божий из под руки усидчивого и терпеливого труда в единственном по счастию сохранявшемся до нашего времени экземпляре, с собственной мыслью, с собственной идеей и фантазией его сочинителя.

Рукописные синодики, или помянники о пособии мертвым, ведутся в Русских храмах и в домашнем обиходе издавна. Церковь записывает на вечное поминовение тех покойников, по которым внесены на их поминанье вклады. Каждая православная семья вносила в свои поминанья умерших своих членов, а также и добрых знакомых. В 17 веке начали составляться синодики со включением впереди разных душеспасительных историй. Помимо значения синодиков, как хранителей литературных и художественных интересов древней Руси, изучение их настолько важно и для истории быта нашего народа.

/Сноска. Русские народные картинки Д.А.Ровинского. СПб. 1881 г. кн.4. Отчет Общ. любит. Древн. Лисьмен. СПб. 1878г./

Синодики Вязниковского Благовещенского монастыря, которые мы описываем, весьма любопытны и интересны по их особенности, по разнообразию украшений орнаментов, изображениям с древним мифом, каким преобладали и изобиловали сочиняемые тогда манускрипты с измышлением о бренности жизни человеческой и по смертному переходу в жизнь вечную. Предисловие и текст синодиков, писанные славянским полууставом, изъясняют некоторые религиозные обряды нашей православной церкви, установления и поучения святых отец; молитвы и поминовения душ усопших объясняют содержания рисунков, далее записаны родословные и имена для поминовения. Синодиков сохранилось три, все они в формате полулиста, написаны. на ручной плотной белой бумаге и переплетены в прочные дубовые доски и кожу с застежками.

Первый синодик 1679 года, в нем замечательны два заглавных листа, писанных золотом, киноварью и тушью. Начальный заглавный лист состоит из орнаментов с двуглавым орлом и началом текста: "По извещении и по благодати Святого Духа и пр." В средине книги помещен другой лист с виньетками и текстом: "Помяни Господи души усопших рабов своих и рабынь"...и пр. В начале синодика на особом отдельном листе старинным почерком сделана надпись: "Лета /1679 г./ октября в 23 день сия книга глаголемая синодик сстарого синодика приписал вново при настоятельстве сего Благовещенского монастыря при игумене Моисее тщанием многогрешного иубогова чернца Авраамия Катанского Иярофеева вечный поминок по своих родителех подписал аз убогий своею бреною рукою строил на свои келейные деньги".

Надпись эта составляет пролог синодика, из которой явствует, что синодик переписан с особого старого, следовательно еще был экземпляр.

Второй синодик 1686 года, в нем тоже два заглавных листа и, судя по работе, написаны и исполнены тем же монахом-художником и такими же красками как и предыдущий.

Первый заглавный лист с круглой виньеткой и орнаментами, в средине летопись: "Сей синодик построен вдому Пречистыя Богородщы чтеннаго ея Благовещения что в Вязниках: строителем монахом Авраамием Катанским иярофеевым. Лета 1686. Писан же сей синодик того же Благовещенского монастыря убогим чернцем Симеоном золотописцем". Второй заглавный лист с орнаментами же начинается словами: "Помяни Господи души же во блаженней памяти... и пр. Третий лист с заглавной буквой и началом текста: "Предисловие синодика подобает убо книгу сию..." и тд.

В обеих упоминаемых синодиках. помещены две заглавные буквы, несколько небольших арабесок, заголовков и орнаментов, запись некоторых фамилий и имен на поминовение, исполненные весьма тщательно к с изяществом, а, если заметим, что в тогдашнее время не было других пособий, как только гусиное перо, кисть и грубая простая писчая бумага, то произведения такого рода заслуживают полнейшего достопримечания, к этому искусству совершенно кстати можно применить сказанное прежде: драгоценные памятники миниатюрной живописи находим в древнейших рукописях, там встречаем драгоценные по древности, редкости и даже искусству миниатюры, писанные корпусными и водяными красками с золотом и серебром. Кроме строгости и замысловатости рисунка, в них достойны замечания и даже удивления твердость, свежесть и яркость красок, чрезвычайная тщательность в отделке.

/Сноска. На одном листе описанных нами синодиков какой-то невежда слизал, наслюнив палец, часть орнамента; вероятно тщательность исполнения их навела его на сомнение: сделаны они от руки или напечатаны с гравированного. И вот, чтобы рассеять свое недоумение, он и поступил по пословице: "Русский глазам не верит"/

Приютами и мастерскими миниатюрной живописи были, по большей части, монастыри, а мастерами - монахи, которые упражнялись в переписывании книг св.писания и богослужебных летошней и других сочинений духовного, нравственного и исторического содержания. украшали их миниатюрами.   /Сноска. Лубочн. карт. Русск. народа  И. Снегирева,1861/  Очевидно, что кроме художественного творчества, эти доморощенные мастера обладали могучим талантом, который иногда развивался и развертывался во всю свою ширь, или часто увядал, не успевши расцвести.

Третий синодик еще древнее предыдущих,1651 года. Он не отличается как первые своей художественной отчетливостью и стороной, но особенно замечателен по находящимся в нем изображениям и рисункам, представляющих сочинения о превратности жизни человеческой с поучением о загробном бытии праведной или грешной души.

На первом листе сего синодика изображена овальная арабеска с надписью: "Ключ крепости сей книги Аминь". На обороте другая круглая арабеска, приходящаяся кружком в средину овальной арабески, и как видно предполагалось на белом поле сделать надпись, что заметно по начальным словам: "Сей синодик постр...", но на этом и остановилось. Второй лист заключает рамку и начало текста: "По извещению Святаго Духа предисловие и пред знамение синодика..." и проч.

В средине синодика старинным почерком написано по листам: "Лета 1651 сия глаголемая книга синодик новаго Благовещенского монастыря и святаго отца Михаила Малеина и святаго праведнаго Алексея человека Божия". После текста в синодике помещен 21 рисунок, сделанные от руки и раскрашенные водяными красками четырех цветов: темновато-желтым, зеленым, красным и темномалиновым.

1-й рисунок представляет Богача и Убогого Лазаря; объяснений к нему нет, только на обороте скорописным прежним почерком написано: "Питие небесное яко вода лучше бывает меда".

2-й рисунок Борьба человека со смертью имеет объяснение текстом, написанным полууставом, а также ж следящие рисунки до 20-го заключают толкование содержания изображвний: «Человек иже смечем стоя противляяся смерти, сей человек наслаждаяся мира сего красот и насыщая мира сего чрево свое сладкими пищами, дерзая на грех а не поминая смерти, ни дни етрашнаго, ни суда будущаго, а се смерть его при концы живота, и увесть что смертен и тленен».

3-й рисунок Победа смерти. «Тогда сетуете и скорбите о неразумии своем, уже бо время покаянию прииде, и стоя сокрушенным сердцем зря на тело свое».

4-й рисунок Восстание мертвых. «Восстанию вси веруем Исаия бо вопиет ясно, востанут мертвии и сущии во гробех егда судия с небеси приидет есилою и труба возгласит и мертвии безистлення, яко от сна востанут страшно труба оноя возовет от века спящая».

5-й рисунок Житейская слава. «Кая житейская пища пребывает пепечали не причастна, кая ли слава стоит не преложна, вся сени немощнейша, единому часу вся сия смерть приемлет, человецы что смущаетеся, приникните гробу и славу нашу узрите, исполняюще тления, познайте хто естъ царь ли или нищь или праведен или господин или раб».

6-й рисунок Сребролюбец. «Что усие мятемся путь бо краток есть имже течем, яко дым ж прах и пепел вмале является а вскоре погибает, наутре мняшеся быти, во что злато крыете удавлено душам».

7-й рисунок Внезапная смертъ. «Приступи смерть ко мне яко хищник, начнут плакатися суетных мира сего горькою печалию, помышляюще быв на гробе вопияше, приидите мудръствующе земная видите гроб, плачуся и рыдаю егда помышляю си смерть, видех бо во гробе лежащую еже пообразу Божию созданную нашу красоту без образа и без славы, неимуще видения, ни доброты, о предивное чюдо како предахомся тлению или како припрягохомся ксмерти окако чаша ждет нас немимоходная никто же преживет ея яко страшная тайна лежащего видим мертва».

8-й рисунок Разлучение души от тела. «О дивное чюдо гроб зряще живем яко безсмерти, егда душа от тела нуждею разлучается, ужасна тайна всем и страшна, душа убо плачася пойдет тело же покрывается землею, тем же мы разумевше конечннй исход».

9-й рисунок Цари и Убогии. «Приидите внуцы Адамови, видим на землю повержен образ Божии, всего благолепия отлагаемся, распадшася гноем и червьми, и тмою погибающаго землею покрываема, его же безвестна быша. Воистинну суета человеческая, житие бо сень и сон, ибо ничто же мятется всяк земен, яко же реша книги, егда весь мир приобрящеши тогда вогроб вселимся, идеже купно царие и убозии».

10-й рисунок Душа и Ангелы. «О люте какову имает тяготу душа егда разлучается от тела тогда плачется ко ангелом возводящи, и к человеком руце простирающи и неимать кто еи поможет».

11-й рисунок Размышление об Умершем. "Темже возлюбленная моя братия вчера бывшаго снами ныне лежит мертв, разумеем мало мятущее житие, о како зде вонями мажущеся лежаще смердими, о како златом красимся без красоты лежим и без лепоты, яко прах от ветра разыдется, богатство и слава не пребудет токмо добрыя дела едина останут».

12-й рисунок Плач над Умершим. «Где есть временная гордость, где раб множество, ныне бездушна тя видящи плачуща и без зрака недвижима помышляем, что конец, что свершение поистинне дым есть».

13-й рисунок Последнее целование. «Приидите последнее целование дадим брату умершему Бога похваляюще се бо отшел есть от рождения своего уже бо не пекийся ктому от суеты страстныя плоти, во гроб же идет где ныне род и други се бо разлучаемся».

14-й рисунок Погребение Умершего. «Приидите убо видим бывшего вмале снами гробу предается, и смертвыми погребается, торжество все еуетных дух изчезе от телеси, брение почернило сосуд разсядеся безгласен и нечюствен, мертв недвижим. его же посылающе гробу и земных слава угаеает, зрак погибает, помрачается лице, уши разрушаются, руце увядают, нозе гробу предаются, велий плач велий вопль, беда разлучение души ад погибельный, временный живот стень и сон преселный, земнаго далече бежим мирскаго греха да небесная наследуем, весь живот наш есть цвет и дым и прах и роса, приидете возрим на гроб ясно где доброта телесная, где юность где очи и зрак вся изчезнуша, вся телеси моего удеса празна видящи, язык молчанием затвориста».

15-й рисунок Человек - перст земли. «Приидете братия на гроб видим перст и разумеем кое раб, множемтво тля червие растлеша, не знаем кое убог или богат или владыка, или свободный, не всели суть пепел, доброта лица их изгни, юность и цвет воистинну вся увядше смертию, видяще предлежащаго мертвеца, образ восприимете того конечнаго часа, се бо отходит ныне яко дым от земли перстны, яко цвет процветет, яко сень мимо грдят, яко стень прескачет все житие наше мимотекущее все изнуряемо яко трава посечена вретищем повиваемо».

16-й рисунок Суета мирская. «Воистинну суета и тля всяко видение мирское преславно есть, цари и князи и судия и велможи, богатии и убозии, всяко естество земных гробу предается, трепещут грозному страшному престолу Твоему пред стояще от века человецы, суда ожидают правды Твоея, тогда пощади. Еладыко Христе, яко преблагий, ценою искупил еси весь мир кровию чесною ти».

17-й рисунок Весы правосудия. «Восплачитеся о мне братие и друзи и сродницы знаемии, ибо вчерашний день свами глаголах, внезапу прииде ми час страшний и смертный, но приидете вси любащеи мя и лобзайте мя последнее целование, нектому свами приду, или собеседую прочее к судие бо гряду идеже лицу приятия несть, раб или владыка вкупе предстоят, царь и воин богат и нищ вси в чину равны, и коиждо бо от своих дел, или прославится или постыдится».

18-й рисунок Память по умершем. «Память ми творите всегда вернии да обрящу благодать в день судный, тогда всяко человеческое предстанет наго обличаемо.Молитвами рождьшая тя Христе, Предтеча, Апостол и Пророк и святя и мученик и всех святых».

19-й рисунок Душа чистая. «Душа чиста аки девица преукрашенна, всякимиветми, стоит превыше солнца а луна ей подногами, а молитва одной изоуст аки пламя до небес и превыше небес, слезами пламя терние греховное погаси, постом льва связа, смирением змия укроти, дьявол падеся аки кот, душа творила милостыню поставлена у престола Господня, душа грешнаго помрачена тмою».

/Сноска. Изображение «Души чистой» было в большом употреблении: оно было в лубочных картинках и на иконах, в рукописном синодике Холмогорской Епархии ХУП века находится миниатюра, у меня сохранилась лубочная картинка в лист с следующим текстом: «Душа чистая стоит яко девица преукрашенная выше солнца и луна под ногами ея, на главе своей царский венец, стоит пред Богом и молится, молитва же изоуст ея исходит на небо, слезами пламень огненный погаси, и терние греховное потреби постом льва связа смирением змия укроти, ненависник дьявол паде на землю яко кот, не могий терпети доброты ея».

Потом этот же сюжет встречается в Киевском акафистнике 1629 года; в синодике 1702 года такое же изображение было написано на стене в крестовой палате царевны Софьи Алексеевны; подобная икона находится в Вене и в книге Памвы Берынды 1626 года приводится вариант или легенда.

В лубочных картинках притча эта имела большое распространение. Очевидно и достоверно, что для лубочных картин были оригиналами старинные рукописные лицевые книги. «Первоначальной основой для лубочных эстампов служили, по большей части, кроме изустных преданий, рукописные сказания и повести». А потом давали оригиналы иконы. Это заметно, что в прежних картинках духовно-религиозного содержания пошиб более Византийско-Московский, подходящий к иконному. Точно так же наоборот - изображения с картинок переходили на иконы». И. Снегирев. Лубочн. карт. русск. нар., М. 1861г. Отч. общ. любит. древн. Письм. СПб, 1878, № 13. Д.Ровинский, Русские народн. картинки СПб, кн.4,1881г./

Рисунки 20 и 21, изображающие: Падение человека с высочайшей горы или утеса в пропасть, преследуемого двумя животными, никаких надписей и объяснений не имеют.

Описанные нами синодики Вязниковского монастыря, как уже мы говорили, крайне интересны и заслуживают полнейшего внимания, по разнообразию содержащихся изображений с самобытной фантазией и сочинением как творчество старины. О подобных манускриптах - харатейниках справедливо замечено: «В ряду наиболее распространенных у нас народных книг синодики всегда занимали одно из первых мест. Оно и понятно. Сохраняя воспоминание о предках, синодики давали благочестивым людям обильный материал для назидательных размышлений о возмездиях в загробной жизни и, сверх того, служили справочными книгами, в которых каждый мог найти объяснение церковных правил о поминовении усопших и приличные случаю молитвы. В большинстве случаев нравоучительные повествования, входившие в состав синодиков, представляют выписки из патериков, прологов, различных апокрифических сказаний, которые обыкновенно сопровождаются подобающими миниатюрами».

В заключение приводим еще два слова о снимках с древних рукописей: «Издание синодиков весьма интересно по разнообразию и возвышенности мыслей, высказываемых в старинных рукописных памятниках». Тем еще важнее рисунки и изображения, исходящие самобытно, как наследие от наших предков, труды которых составляют наше сокровище, славу и гордость, сохранения для грядущих поколений святой старины писмен в олицетворении с отеческими преданиями.

И.А.Голышев.

В интернете размещается впервые по сборнику: Л.И. Аносов «Документы по истории Вязниковского края». 1985 – 2005г.

Электронная версия текста – В.Р. Цыплев. 2012 год.

Сканы страниц в архиве В.А. Кошкина-Вязниковцева:

http://tsiplev.ucoz.ru/photo/lichnye_fotoalbomy/koshkin_vjaznikovcev_vladimir_aleksandrovich/154


Категория: Л.А. Аносов. Иллюстрированный сборник | Добавил: Рэмович (01.03.2012)
Просмотров: 871 | Теги: аносов, Вязники, Архив Цыплева, синодики, Голышев