Главная » 2017 » Март » 7 » Том 2. Фадеев - Фрунзе
13:33
Том 2. Фадеев - Фрунзе

Ф
 

Фадеев Владимир Алексеевич (р.1948). Родился во Владимире. На Вязниковский завод автотракторной осветительной арматуры принят 17.10.1969 года в должности фрезеровщика 4 разряда.

В.А.Фадеев справа и
мастер Л.А. Куприянов

За время работы на заводе ему присвоен 6 разряд фрезеровщика, стал бригадиром комплексной бригады эксперементального цеха. В 1977 году присвоено звание «Отличник качества - мастер золотые руки». В 1982 году занесен в заводскую «Книгу почета». Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25.04.1985 года награжден медалью «За трудовую доблесть».
Фадеев Владимир Васильевич (р.1912), директор Лукновской школы, при нем в 1969 она стала средней политехнической трудовой школой, построен интернат для детей из отдаленных деревень. Фронтовик, призывался Вязниковским РВК, старший лейтенант 1 Белорусского фронта, работал на секретном радиоузле по связи с агентурными разведчиками в немецком тылу, в сентябре 1944 награжден орденом Красной Звезды.
Фадеев Иван Григорьевич, в марте 1917 вошел в состав фракции РСДРП(б) Вязниковского Совета.
Фатьянов Иван Николаевич (1875-1938), владелец небольшой иконописной мастерской во Мстёре, отец поэта Алексея Фатьянова. Переехав в Вязники, построил дом на улице Заречной (ныне Пушкинская), где был организован один из первых в провинции синематографов, ныне Музей песни ХХ века.
Фатьянов Николай Иванович (1898-1922), первый пионер страны Советов, старший брат Алексея Фватьянова. Глава из книги Т.Дашкевич из серии ЖЗЛ «Фатьянов»:
Человек с открытки
Из стихотворения Николая Фатьянова «Сенеж»:
«В вечерних сумерках, когда туман клубами Застелет гладь немых сенежских вод, Из темных камышей на озеро стадами Плывет гагар, крякуш шумливый род. И вот в такую глушь мы стройною толпою Пришли под звуки песни молодой, Своею твердою и дерзкою стопою Нарушив сон лесов и озера покой…»
Это стихотворение принадлежит неизвестному поэту начала века Николаю Фатьянову.
С детства Николай был увлечен разведчеством — скаутингом.
Днем рождения российского скаутинга считается 30 апреля 1909 года.
Но во время Первой мировой войны, когда в русском обществе чувствовался невиданный подъем патриотизма, скаутское движение охватило свыше пятидесяти тысяч детей в более, чем ста сорока городах России. Николай Фатьянов стоял у истоков военизированного детского и юношеского движения и вошел в неписанную историю России Колей Фатьяновым — старшим Скаутмастором Москвы и губернии.
Николай был человеком глубоко верующим, проникновенным, вдумчивым знатоком истории, чтил родные традиции. Когда случилась революция, его соратник по Петербургу О.И. Пантюхов эмигрировал и возглавил скаутское движение русских детей за границей. Николай остался в России. Он, как и многие разумеющие добро люди, считал, что это умопомрачение масс скоро кончится и все вернется на круги своя. Он даже увлекся на какое-то время внешним благородством революционной идеи. В дни февральской революции 1917 года он создал первый свой отряд. Это тогда впервые по Москве прошли скауты не в защитных, коричневых и синих «галстухах», а в повязанных на шеи красных платках. Сбоку шел 19-летний юноша в защитном френче и широкополой шляпе. Он весело улыбался, свободно разговаривал со счастливой ребятней, чьи глаза горели невыразимой радостью. Но это были не пионеры, а скауты. Скауты в красных галстуках. Потом, постепенно, они вновь сменили их на прежние синие, зеленые, защитные.
Тогда Николай получил огромную комнату в коммуналке на Ново-Басманной, в национализированном доме. Комната Николая в сорок три квадратных метра была теплая, хорошо отапливалась кафельными печами. Здесь — ванная, телефон, два туалета… Каждая семья, получившая коммуналку, по-своему ее переделывала. Николай жил в бывшей столовой, обшитой черным дубом. Жилище соседской семьи было отделано карельской березой. Первая комната от передней прежде значилась кабинетом, в ней долго сохранялись ореховые шкафы с зеркальными стеклами. Окна комнаты, где жил Николай, а затем — и Алексей Фатьянов, можно увидеть и сегодня. Дом выходит окнами на Курский вокзал. Если смотреть на первый подъезд со стороны тупика, это — первый балкон шестого этажа. Его можно определить по фрамуге, которую сделал муж племянницы братьев Фатьяновых — Ии Викторовны Дикоревой. Это — единственное в доме окно с фрамугой.
Студент философского факультета Московского университета, Николай по жизненной своей сути был хранителем воинского духа. Во многом он старался подражать своему святому покровителю — великодушному, скорому помощнику в воде и на суше святителю Николаю Мир-Ликийскому. Вторым его идеалом был сэр Баден-Пауэлл, автор книги «Юный разведчик», на которого до удивления был внешне похож штабс-капитан Олег Иванович Пантюхов — глава русских скаутов. В Москве была выпущена открытка, где статный красавец Коля Фатьянов стоял навытяжку в военизированной скаутской форме. От этого портрета так и веяло благородством строевой выучки русского офицерства.
Занятия скаутингом не мешали, а, казалось, лишь помогали молодому человеку зимой отлично учиться на философском факультете Московского Государственного университета. Там же учились его сестры: Наталия — на физико-математическом, Зинаида — на медицинском факультетах.
Николай от весны до осени бывал в скаутских лагерях и походах. Им были исхожены излюбленные скаутами места Москвы и Подмосковья: озеро Сенеж — будущая вотчина Союза архитекторов, Фили, Волынское, Немчиновка, Перхуха… Известно, что Николай возил свои отряды на Урал, на юг, к морю — это были экскурсионно-спортивные поездки, в которых познавалась история и крепла любовь к такой разной, великой России.
Может быть, Николай казался чрезмерно аскетическим для юноши и потому ни в одном из рассказов о нем нет даже упоминаний о его девушках. А ведь он был красив, породист, литературно одарен…
Вот небольшой отрывок из рукописного анонимного сборника «Пятое», составленного запрещенными и ушедшими в подполье скаутами. Такие сборники издавались каждый год в память о Коле к пятому июня — дню его смерти.
«…Какое сильное впечатление он произвел на меня, когда я видела его в первый раз на экскурсии в Сенеже. Перед строем он делал выговор нескольким скаутам, которые безобразничали ночью и мешали другим спать. Он был очень рассержен, и его суровые, спокойные, грустные слова произвели на меня громадное впечатление. <…>Я сижу и смотрю на него и не могу оторваться от этого лица. Тема беседы — борьба за существование… Много потом я слыхала Колиных бесед, но ни одна не оставила такого яркого впечатления. Костер пылает. Кругом серьезные молодые лица, окаймленные пестрыми галстуками. Беседа кончилась песней «Братья, крепнет…», как нашего гимна. Но возможно ли вспомнить отдельно все минуты, когда Коля играл первенствующую роль? Я не могу. Его присутствие — это яркий отблеск света великой идеи на скаутской тропе, и воспоминание об этих отблесках навсегда осталось в моей душе, как олицетворенье той «светлой дали», о которой любил петь Коля. <…> Пока Фатьянов был жив, он был только наш и телом и душою…».
Когда Коля приезжал домой в Вязники, то водил барышень в кино. Барышни жили в Фатьяновском розовом доме на площади — племянницы, сестры. При-ходили их подруги-гимназистки. И не беда, что кинотеатр был родительским, не беда, что девицы надолго теряли сон — Коля принадлежал всем вместе и никому в отдельности, а походы в кино были высшей милостью по отношению к ним, чтобы никому не было обидно.
К нему, по-фатьяновски ясному и целеустремленному, тянулась молодь, не исключая и детей членов советского правительства из дома на Набережной, где он часто бывал желанным гостем. Его уважал и с ним считался Николай Ильич Подвойский — один из первых революционных «боевиков», по-своему обманутых революцией.
Но скаутское воспитание молодежи не вписывалось в идеологические параметры, воцарившегося в бывшей Российской империи Интернационала под номером три. Молодежный вождь Николай Фатьянов призывал своих соратников идти к детям рабочих слободок и вовлекать их в патриотическую организацию.
«Прошло три года, — пишет аноним в сборнике-мемориале о встрече с 22-летним Николаем. — Снова я в Москве. Лечу к Коле, сейчас увижу его, ясного, бодрого. Отворяю дверь, вхожу и сердце сжимается острою болью… Так вот какой он стал, Коля… Как он постарел, какой у него больной, измученный вид. Видно, недешево достались ему эти три года, и уж не обманули ли его мечты той светлой революционной весны?».
«…Мне вспоминается один из этих мрачных, зимних вечеров…» — пишет другой аноним. «… Мы сидели в Колиной комнате на Басманной. Был полумрак. Топилась печка. После целого дня беготни по учреждениям мы очень устали и в изнеможении сидели на диване. Не хотелось говорить. Но вот — стук в дверь. Вбегает скаут и, запинаясь, предупреждает, что через несколько минут Коля будет арестован. Фатьянов ни на секунду не растерялся. Быстро передал нам инструкции в случае своего ареста, после чего мы все быстро сбежали по лестнице. Поезд в Вязники уходил через двадцать минут. Можно было еще поспеть. Мы уговаривали Колю на время уехать. Но он наотрез отказался. Фатьянов не считал возможным покинуть организацию в этот критический для него момент. Личной безопасностью жертвовал он ради скаутинга…». Это было в феврале 1922 года, когда Политбюро решило ликвидировать ВЧК. И вместо него сразу же возникло ГПУ — новая «метла», которая стала «мести» со всем карьеристским рвением…
Братья, крепнет вьюга злая, Нам дорогу застилая…
И вот в этой злой и опасной буре Коля стоял, как могучий, крепкий дуб. Ника-кие штормы его не колебали. Чувствовалось, что пока Коля жив, все гонения нам не страшны, нельзя было жить с Фатьяновым и не верить в его идеалы…».
И все же старший Скаутмастор Москвы и губернии Николай Фатьянов пошел на компромисс с новыми властями, во что бы то ни стало желая сохранить содержание скаутинга, пусть и в иной форме. Потом были и Юнгштурм, и ОСОАВИХИМ, и «Зарница»…
В феврале 1922 года при 16-й типографии многострадального Краснопресненского района Москвы, в Сокольниках и Замоскворечье были созданы первые красногалстучные пионерские отряды.
19 мая Всероссийская конференция комсомола — о чем можно прочесть в любой советской энциклопедии — постановила распространить движение пионерии на всю страну. Этот день стали называть днем рождения пионерской организации имени Спартака.
В празднично убранной Москве скаутское движение торжественно переводи-лось в пионерское…
По Красной площади прошествовал детский парад, демонстрируя выправку и спортивность. Под волнующую барабанную дробь Николаем Ивановичем Фатьяновым и Николаем Ильичом Подвойским была подписана декларация о переименовании движения, после чего новоиспеченные пионеры организованно двинулись в Сокольники. Их вел туда старший Пионервожатый для возжигания первого пионерского костра.
В Сокольниках Николай продрог, после чего слег с фолликулярной ангиной. По другой версии, Николай в тот момент заболел ревматизмом суставов, отчего смерть, наступившая через 15 дней, любому медику представляется невероятной. Однако, не будем делать никаких напрашивающихся выводов. История признает документ.
Как ни старались врачи и родные, молодому человеку поправиться было не суждено…
Пятого июня, через две с небольшим недели со дня рождения пионерии, скончался Коля Фатьянов.
«…С поникшей головой входили мы к этому маленькому красному домику в больничном дворе. Все были в сборе. Друзья Коли и его недоброжелатели, русские и маккавеи — все были здесь. Лица давно порвавшие со скаутским движением пришли последний раз взглянуть на того, кто некогда водил их по чудесным тропинкам юности.
К гробу трудно было протиснуться. Запах ладана и монотонный голос священника с ужасающей убедительностью подтверждали реальность всего происходящего. Гроб был в цветах. Розы и много, много ландышей. В скаутмастерском галстуке с белой лилией в петлице лежало то, что некогда было Фатьяновым…».
После гроб стоял во Дворце пионеров на Кировской, где нынешняя станция метро «Чистые Пруды».
Там дежурил почетный караул, шел поток людей проститься с легендарным человеком. Молниеносная романтическая жизнь патриотического идеолога и вождя русской молодежи оборвалась в 24-летнем возрасте под знаком Белой лилии, символизирующей скаутинг в России. Три ее лепестка говорят о трех частях Торжественного скаутского обещания. Это — служение Богу и своей стране, помощь близким, обещание жить по законам скаутов. Святой Георгий Победоносец, убивающий змея, на гербе московских скаутов говорил о том, что люди призваны бороться со злом.
Все эти качества — и чистота лилии, и благородство в борьбе святого Георгия — характеризовали духовный портрет Николая Фатьянова, который, будучи известен в то время каждому взрослому и ребенку огромной страны, исчез из анналов ее истории.
Родные снесли его на Покровское кладбище Вязников.
И долго еще в Малое Петрино приходили родителям письма с посвященными их сыну стихотворениями и поэмами. Даже те, кто никогда не видел Николая, оплакивали его.
Теперь без тебя распадается братство, Преследуют всюду нас Ненависть, Злоба. Прости нас, Арджуно, прости нас, любимый. Арджуно — это храбрый герой «Махабхараты».
Так выражал свою скорбь анонимный автор поэмы, посвященной памяти Н. Фатьянова «Повесть о светлом Арджуно».
…Даже крест на его могиле, вставший неподалеку от церкви, кому-то не давал покоя. По случайности ли, нет ли, он исчез вместе с исторической памятью о Николае. Восстановить могилу этого выдающегося человека уда-лось лишь в 90-х годах ушедшего века. Это сделали его сестра Тамара Ивановна, племянница Ия Викторовна и Галина Николаевна Фатьянова, жена Алексея Ивановича. Месторасположение могилы установить уже было невозможно. Новый крест поставили, сверяясь с фотографиями у церковной стены…

Надгробие на могиле Фатьяновых на
Вязниковском Покровском кладбище, нижняя табличка - о захоронении здесь Николая Ивановича Фатьянова – одного из первых скаутов и первого пионера страны

Фатьянова Алёна Алексеевна (1948-2004), дочь поэта Алексея Фатьянова.
Февральская Москва 1948 года бурно обсуждала одно, казалось бы частное, семейное событие: Алексей Фатьянов открыто крестил свою дочь Алену. Да еще и устроил банкет по этому поводу! Но перед этим сам выбрал васнецов-ское имя Аленушка, в загсе вывалил на стол два килограмма шоколадных конфет и попросил зарегистрировать именно Аленой, а не Еленой. Крестили ее в храме Воскресения Словущего на улице Неждановой. Крестными стали московские знаменитости: композитор Василий Павлович Соловьев-Седой, автор музыки ко многим стихам Фатьянова, и солистка Большого театра Александра Михайловна Тимошаева, жена дирижера оркестра Всесоюзного радиокомитета Виктора Михайловича Кнушевицкого.
Как ни странно, Алексей Иванович Фатьянов понятия не имел, что крестить ребенка нельзя! Об этих событиях вспоминает в книге писатель Татьяна Дашкевич.
Жизни удивительной, красивой женщины, чрезвычайно одаренной, в том числе и душевно, прекрасно образованной, посвящены многочисленные воспоминания авторов книги «Неба коснуться крылом...» Поэт, музыкант, Алена Алексеевна после смерти матери Галины Николаевны продолжала организовывать вечера памяти отца, Фатьяновские дни в Вязниках, сохранять творческое наследие Алексея Фатьянова.
О ней - из очерка-воспоминания подруги Веры Курлядской «Алёна, какой я ее знала»:
Впервые я увидела Алёну в начале 60-х в зимнем пионерлагере, где была пионеровожатой. Ко мне тогда приехали друзья покататься на лыжах, с ними была и Алёна. Сколько раз я ловила потом себя на впечатлении от первой встречи - будто смотришь чёрно-белое кино и вдруг в него врывается цветной кадр. Так неожиданно ярка и светла была Алёна. Мне и сейчас кажется - не было человека, который не подпадал бы под обаяние этой удивительной девушки, так непохожей на всех других. Да и что говорить, природа щедро наградила Алёнушку той красотой, в которой угадывалось сильное женское начало. Любые превосходные эпитеты не были бы преувеличением.

Алёна Алексеевна Фатьянова

Но, главное, чему я никогда не переставала удивляться, это заряд оптимизма, который распространялся на всех, кто с ней соприкасался. Само присутствие Алёны было как допинг, общение с ней было освежающим.
Впоследствии я ловила себя на мысли, что даже когда Алёна рассказывала про свои девичьи неприятности и следовало бы посочувствовать, - вместо переживания я проникалась страстностью её рассказа, полнотой жизни, которая буквально рвалась наружу. И поневоле возникала уверенность в её жизнестойкости и в том, что ничего плохого с ней произойти не может, ибо это противоречило самой её природе.
Однако посетила её ранняя трагедия, - смерть очень молодого мужа. Помню, как в эти дни я приехала к ней, говорила она шёпотом, у неё пропадал голос. Алёна осталась с маленькой дочкой. Как всегда, в трудную минуту её поддерживала мама, замечательная Галина Николаевна.
Жизнь продолжалась.
В гостеприимном фатьяновском доме на улице Горького всегда было очень уютно. Помню, как мы праздновали там тридцатилетие Победы. Одна комната была задрапирована под военную палатку. Простой стол был накрыт как весной сорок пятого года: картошка, сало, огурцы, водка. И алюминиевые кружки. Стоял патефон. Конечно же, звучали пластинки с песнями Фатьянова. Каждый входивший должен был сначала посидеть в этой поминальной палатке, а уж потом идти к праздничному столу, изобилующему всякими разносолами.
Помнится и какой-то по счёту новый год. С нами уже был Петя, второй муж Алёны. Маскарад, стенгазета с фотографиями присутствующих и весёлыми подписями к ним… Многое, многое помнится.
А когда Алёна уехала надолго с Петей за границу, часто думалось о том, что при ней было бы легче жить. Стоило поговорить с ней по телефону, как всё дурное, что происходило с тобой, улетучивалось, по крайней мере, приобретало иной оттенок.
Потом, когда стали разделять людей на «доноров» и «вампиров», явилось понимание, что Алёна была абсолютным «донором» для всех, кто с ней сталкивался.
Поэты шутят, что им надо выбирать не жену, а вдову. Галина Николаевна всю жизнь пропагандировала творчество своего мужа, народного поэта Алексея Фатьянова. Она издавала его книги, устраивала вечера и праздники, посвящённые ему. И Алёна в этом нелёгком труде помогала маме.
Алёна осталась без отца очень рано, но было ощущение, что связь с ним у неё не прерывалась. Она часто играла и пела его песни своим сильным и чистым голосом и, как говорится, проросла в него. Может быть, это даже и мешало ей в её собственном поэтическом выражении.
Вечера, которые мы проводили вместе с Алёной, а потом и без неё, всегда и везде сопровождались песнями Фатьянова.
Пока Алёна была за границей, очень важный для неё период жизни остался для меня и многих, знавших и любивших Алёнушку, вне досягаемости.
В редкие её приезды мы узнавали, как она там…
Родилась вторая дочка, и жизнь её приобрела второе дыхание. Помню, Алёна очень переживала всякие политические метаморфозы того времени у нас в стране. Помню, как рассказывала о песне, которую написала в Румынии по случаю тамошней революции, и как эту песню исполняли по радио, и какую эта песня получила популярность.
Вернувшись из Румынии с младшей, уже повзрослевшей дочкой, Алёна была всецело поглощена ею, считала её многообещающей певицей, композитором. Говорила о ней со страстью, строила большие планы и верила в её необыкно-венную судьбу. Создавалась впечатление, что через дочь у неё воплощалась неизбывная тяга к собственному творчеству.
И ещё. Было очевидно, что она спешит…
Да, время этого светлого человека остановилось слишком рано...     
Фатьяновы еще см. том 1 и 3.
Фёдоров Владимир Алексеевич (р.1936), военком Сахалинской области. Родился в деревне Ерофеево Вязниковского района. После окончания средней школы в 1954 поступил в Тбилисское артиллерийское училище, которое окончил в 1958. Служил в Северо-Кавказском военном округе,  в ракетной бригаде, дислоцированной в районе города Краснодара. В 1971 окончил Ленинградскую артиллерийскую академию. Службу проходил в Краснодарском крае, Приморье, Германии, Белоруссии, на Сахалине. В должности областного военкома в 1989  вышел на пенсию. Награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине» III степени, меда-лями.

В.А.Федоров

Федоров Николай Петрович (1915-1983), заготовитель металла Лукновского участка Вязниковского рабкоопа. С именем этого человека связана одна из самых загадочных страниц вязниковской истории. Можно считать её вязниковской легендой.
Из газетного материала В.Р.Цыплева:
    
...Все началось с того, что в июле 1956 года заготовитель рабкоопа Владимирской области Федоров у железнодорожной станции Сеньково, близ города Вязники, в 300 верстах к востоку от Москвы, обнаружил цистерну размером полтора на четыре с половиной метра, набитую слитками золота, т.е., нашел несметный клад. Срочно создается комиссия по описи и передаче золота на временное хранение музею. Комиссия составила акт, который все подписали, а секретарь поссовета заверила печатью. Кто был в этой комиссии, остается тайной: акт исчез со временем. Директор музея Константин Большаков, который самолично осматривал цистерну, обнаружил штамп, который прочитал так: «Вывоз С.-Петербург. 1842». Возможна надпись (1812) - цистерна пролежала в земле полтора века, и на штампе вместо «1812» прочитали «1842»: носик у «единицы» такой же, как при угловом написании у «четверки». Федоров рассказал подробности вязниковской газете «Сталинское знамя» (название осенью того же года сменили, но это связано уже не с кладом, а с ХХ съездом КПСС). Там был опубликован материал «Ценная находка». Областное и Всесоюзное радио сообщало об огромном кладе. Корреспондент ТАСС по Владимирской области Павел Стыров передал в агентство информацию, которую напечатали все газеты Советского Союза. Вот полный текст из «Сталинского знамени» от 6 июля 1956 года: «Ценная находка. В мае нынешнего года неподалеку от станции Сеньково обнаружен ценный клад. В беседе с нашим корреспондентом зампред Лукновского рабкоопа Н.П.Федоров рассказал по этому поводу: «В мою работу входит и сбор металлического лома. Весной прошлого года, изыскивая металлолом, я обнаружил в перелеске близ станции Сеньково цистерну, зарытую в землю. Времени вырыть цистерну у меня тогда не было. Но в мае этого года, когда план заготовки черных металлов увеличился, я вспомнил о цистерне и намеревался сдать Вязниковскому отделению Главвторчермета. Но там не было ни кислорода, чтобы резать цистерну, ни транспорта, чтобы вывезти ее. Я исследовал находку более внимательно. Вид ее заинтересовал меня. Магнит, приложенной мною к цистерне, не притянулся. Я понял, что сделана она из цветного металла.    

На снимках: семья Федорова  - Николай, жена
Ксения(сидит), сестра
Клавдия, старший сын Владимир (с велосипедом), близнецы
Алексей (у отца) и Александр
(у матери); молодой Николай Федоров в буденовке.

Вырезанный кусок горловины послал на анализ во Владимирское отделение цветных металлов. Анализ показал, что цистерна изготовлена из серебра с примесью бронзы. Тогда я заявил во Владимирский краеведческий музей об этом ценном кладе. Работники музея очистили находку от грязи и тщательно осмотрели ее. Длина цистерны около четырех с половиной метров, диаметр - полтора метра и вес - примерно 12 тонн. На наружной поверхности имеются надписи: «Выпуск 1720г.» «Вывоз Петербург 1842г.» и изображение двуглавого орла. Внутри цистерны обнаружено золото». Сейчас находка Н.П.Федорова, поступившего, как подобает советскому гражданину, находится в Москве. Честному работнику Лукновского рабкоопа будет выдано соответствующее вознаграждение».
Через несколько дней колесо истории с сенсационным кладом повернулось неожиданно в обратную сторону: Федорова признали лжецом и дали год тюрьмы. Члены комиссии стали отказываться от всех своих слов: ничего не видели, все писали под диктовку Федорова. Газета «Труд» публикует фельетон «Переполох в Вязниках», где обзывает клад «выдумкой Федорова с целью получения первого места по заготовке лома».
Жена Николая Федорова Ксения Ивановна, 1918 года рождения, с сыном Алексеем долгие годы жили в Лукнове в фабричном доме - в квартире, которую получил после рождения двойни в 1954 году Н.Федоров.
Согласно трудовой книжке и военному билету: Федоров Николай Петрович - заготовитель рабкоопа, 1915 года рождения, в 1940-м окончил школу поммастеров, воевал связистом на Белорусском фронте. «Принят в 1952 году». Следующая запись: «Принят 20 апреля 1957 года». Между ними нет записи «Уволен...  в 1956 году». В 1958 году премирован «За хорошую работу в сумме 100 рублей».
Директор ТАСС обозвал своего собкора по Владимирской области «чудаком на букву «М» - так потом дословно, после вызова «на ковер» в Москву, рассказывал сам журналист коллегам. Рассказ о том, как Стыров получил выговор в Москве, был опубликован в воспоминаниях журналиста 1950-х Ивана Демьянова во владимирской газете «Новая вечерка» в 1994 году.
Во Владимирском облпартархиве в томе «Протоколы за 1956 год» на стр. 333 есть протокол заседания бюро Вязниковского ГК КПСС от 25 июля 1956 года.
Параграф 7: «О ложной информации в газете «Сталинское знамя» и выступлении по областному радио «О ценной находке». «Выяснено, что слухи о якобы найденной около станции Сеньково серебряной цистерне с золотом пустил заместитель председателя Лукновского сельпо. Он же сфабриковал акт о «сданных им драгоценностях». Подписи вымышленных лиц на акте заверила гербовой печатью секретарь Лукновского поселкового совета. Распространению ложных слухов о «кладе» способствовали работники Вязниковского райпотребсоюза. Этим слухам и фальсифицированному документу доверился редактор газеты «Сталинское знамя» т. Зайцев. Не уточнив, не проверив достоверность изложенного в «акте» факта, он 6 июля с. г. поместил в газете интервью Федорова «Ценная находка».
Пользуясь информацией тов. Зайцева, ряд центральных газет опубликовал, как выяснилось, ложные сообщения о «золотом кладе», найденном в Вязниках. Таким образом, жертвами фальсификатора стали многие организа-ции и читатели газет».
На том тогда была поставлена точка, но история с этим золотом до их пор остается загадкой из-за главного вопроса, оставшегося без ответа: зачем разумному непьющему человеку, собиравшему черный металл, выдумывать золото? Как бы это золото зачли ему для получения первого места?
Феодосия, игуменья Вязниковского Введенского монастыря.
Феофанов Борис Алексеевич (1925), генерал-лейтенант, почетный гражданин Мытищинского района Московской области.
Родился в городе Вязники Владимировской области. До войны окончил 9 классов. В декабре 1942 был принят в Винницкое пехотное училище, которое окончил в мае 1944. Был направлен на фронт командиром пехотного взвода 940-го полка 262-й стрелковой дивизии.
Участвовал в освобождении Белоруссии, Прибалтики, Восточной Пруссии,  штурмовал Кенигсберг. С марта 1944 служил командиром взвода разведки 290-й отдельной разведроты 216-й Сивашской дивизии. С 1946 по 1950 проходил службу на границе с Ираном и Турцией в 75-й стрелковой дивизии 34-го стрелкового полка.


Б.А.Феофанов


В 1953 окончил академию им. М.В.Фрунзе, в 1954 - спецшколу разведки. С 1955 по 1966 служил на Сахалине, в Уссурийске, Хабаровске. Затем с золотой медалью окончил академию Генштаба ВС СССР. В 1970-е годы продолжал служить в Свердловске и Чите.
В 1979-1984 Б.А.Феофанов - заместитель начальника штаба войск Дальнего Востока в Улан-Удэ. В 1984-1988 - начальник центральных курсов офицеров разведки генштаба в/ч 36360 ст. Загорянская. С 2005 возглавляет Совет ветеранов Мытищинского муниципального района. Борис Алексеевич Феофанов вносит большой вклад в дело военно-патриотического и нравственного воспитания молодежи, пользуется заслуженным авторитетом среди жителей Мытищинского района.
Награжден двумя орденами Отечественной войны I степени, орденами Отече-ственной войны II степени, Красной Звезды, «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени, Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», другими наградами.
Феофентов Николай Алексеевич (р.1958), главный инженер Южно-Украинской атомной станции.

Н.А.Феофентов

Родился в селе Большие Липки Вязниковского района Владимирской области (Россия). В 1981  окончил Одесский политехнический институт по специальности «Атомные электрические станции и установки». Свой трудовой путь начал в 1981 в ОП «Южно-Украинская АЭС» молодым специалистом реакторного цеха № 1 (РЦ-1), где прошел все ступени профессионального роста. В 1981-2001 - оператор 6-й группы, инженер-оператор реакторного отделения, старший инженер по эксплуатации реакторного отделения, старший инженер по эксплуатации, старший инженер по управлению реактором, начальник смены реакторного цеха № 1, замести-тель начальника РЦ-1 по эксплуатации, начальник реакторного цеха № 1. В 2001-2015 - заместитель главного инженера по эксплуатации первой очереди ОП ЮУАЭС, с 2015 - главный инженер ОП «Южно-Украинская АЭС» Национальной атомной энергогенерирующей компании «Энергоатом». Награжден многими грамотами Минэнерго Украины и профессиональными нагрудными знаками.
Филиппов Михаил Григорьевич, председатель Вязниковского райисполкома в 1960-е.
Фионина Евгения Николаевна (р.1947). Уроженка г. Балахна Горьковской (ныне Нижегородской) области. Окончила Томский политехнический институт по специальности «инженер-химик». Трудовую деятельность начала в 1970 на Губахинском ордена Ленина коксохимическом заводе инженером-технологом, работала заместителем технического директора. С 1998 - эколог Мстёрского завода керамических и стеновых материалов.
Фирсов Федор Васильевич и династия Фирсовых (Никологоры). Династия связистов Фирсовых. Ее общий трудовой стаж почти 200 лет. Глава семьи, Федор Васильевич, проработал в связи 55 лет; его жена, Галина Ивановна, - 27 лет. Федор Васильевич (р.1916) с детства любил что-нибудь «изобретать». В 1926 у себя дома в простом ящике смонтировал радиоприемник - в то время это была крайне редкая вещь, тем более в маленьком поселке. После окончания семилетки в 1932 Фирсов поступил работать на почту монтером радиоузла. Здание почты тогда располагалось на улице Пушкинской в доме бывшего фабриканта, а заведующим был С.С.Яковлев. В 1929 в деревне Холщево была организована первая в округе МТС, при ней политотдел. А в 1933 появилась своя типография, где стала издаваться газета «За большевистские колхозы». Федор в эти годы ездил по району и по деревням Злобаевского, Сергиево-Горского, Медведевского сельских Советов, проводил радио и активно распространял газету. Первой радиофицированной деревней стала д. Синяткино.
После окончания курсов в Иванове Фирсов работает на радиоузле техником. В 1935 был образован Никологорский район, начальником почты назначен Чихарев Василий Александрович, а Федор трудится старшим техником связи. В 1937 Фирсов служит в Военно-Морском Флоте СССР, участвует в советско-финской войне, по возвращении снова работает в связи.  
В 1937 в Никологорский детсад по направлению приехала работать Маклакова Галина Ивановна (1919 г. р.). Она приглянулась Федору, они подружились, а в 1940 поженились. В годы войны Фирсов трудился старшим техником связи - у него была бронь. В 1948 Галина перешла работать в контору связи дежурной радиоузла, где и трудилась до пенсии. В 1949 В.А.Чихарева переводят в другой район, а Федора Васильевича назначают начальником районной конторы связи. Фирсовы воспитали троих детей на личном примере добросовестного отношения к труду и любви к своему делу. Дети пошли по стопам родителей: старшая дочь Эльвира (р.1941) в 1959 стала работать в связи телефонисткой, изучала АТС на курсах в Казани и была верна профессии до ухода на пенсию. Сын Станислав (р.1946) получил техническое образование и с 1969 также работал в связи. В 1976 был признан лучшим рационализатором. До самого ухода на  пенсию Станислав трудился в должности инженера производственной лаборатории   АО «Электросвязь». Дочь Людмила (р.1949) работает инженером связи АТС г. Нижнего Новгорода. Внучка Федора Васильевича и Галины Ивановны, Наташа (дочь Эльвиры), окончила в Москве техникум связи по специальности «техник-электрик производной связи» и вернулась в родной ЭТУС, где с 1985 работает электриком. Правнучка Фирсова, дочь Натальи Ирина Захарова, работает в ООО «Евросеть». Все объекты связи в поселке связаны с Фирсовыми. В 1963 в Никологорах организован ЭТУС,  начальником которого стал Ф.В.Фирсов.  При непосредственном участии Федора Васильевича в 1966 в поселке открыли редакцию радиовещания: «Внимание, говорят Никологоры, время восемнадцать часов пятнадцать минут». В 1974  Ф.В.Фирсову присвоено звание «Почетный связист»,  в 1982 - «Мастер связи».
Фитенко Анатолий Яковлевич, директор ГПТУ-20.
Фокин Евгений Лаврентьевич (1897 - неизв. с 1942), организатор и первый руководитель вязниковского комсомола. В 1918 принимал участие в формировании 59-го Вязниковского стрелкового полка; организовывал субботники молодежи, передавая заработанные деньги семьям добровольцев, ушедших на защиту молодой республики. Родился в Вязниках, дом его отца Лаврентия Степановича Фокина (председателя Райтекстиля после революции) и поныне находится на ул. Советской, рядом со зданием бывшего райкома КПСС, сейчас - управление образования. Из очерка Г.С.Зудилова: «После окончания технического училища работал на одной из фабрик города Коврова слесарем. За участие в забастовке был уволен и возвратился в Вязники, устроившись на Ярцевскую фабрику Демидова. Но и тут он сразу не понравился мастеру за активную пропагандистскую деятельность. Началась Первая мировая война, и владельцы фабрики поспешили избавиться от активного слесаря и ряда других молодых текстильщиков. В окопах Е.Фокин еще лучше понял несправедливость существующего строя и антинародный характер войны, вел агитационную работу среди солдат. В марте 1917 вступил в Минске в ряды РСДРП и начал работать в ревкоме. В связи с ранением на фронте здоровье ухудшилось, Евгений возвращается в Вязники и вновь трудится на Ярцевской фабрике, с головой окунается в революционную работу. Велики заслуги Е.Фокина в организации молодежных союзов во Владимирской губернии. Организованный при Ярцевской фабрике фабричный комитет старост не мог и не хотел ничего сделать для улучшения положения молодежи, по-прежнему эксплуатировался труд подростков. И молодежь решила сама защищать свои интересы. Под руководством Е.Фокина группа молодых рабочих создает молодежный союз «Юный работник». Проводились развлекательные вечера, был создан струнный оркестр, драматический кружок. Много понадобилось Е.Фокину и его единомышленникам усилий, чтобы больше вводить в работу элементов политической борьбы. На молодежные вечера стали приглашать докладчиков на политические темы. По призыву Е.Фокина члены Ярцевского Союза в период выборов в Учредительное собрание голосовали за список большевистских кандидатов. Радостно встретили известие об Октябрьской революции, организовали митинг, с энтузиазмом отнеслись к декретам о мире, о земле. Авторитет Е.Фокина вырос во время выборов в уездный Совет рабочих депутатов, ярцевцы послали его туда своим представителем. В декабре 1917 он  уже занимал  там должность комиссара по выдаче пайков и пособий семьям мобилизованных на фронт красноармейцев и беженцев. В этой же роли Е. Фокин сделал многое в период формирования в нашем крае полков, отправляющихся на фронт Гражданской войны, для обеспечения семей красноармейцев. В начале 1918 он являлся одновременно с работой в Совете членом исполкома ревкома Вязниковского уезда и активно включился в борьбу с контрреволюцией. Молодому большевику партийный комитет поручил создать городской «Союз молодежи». Вместе с молодым рабочим фабрики Сенькова Иваном Баташовым и другими товарищами он провел эту работу, и 6 января «Союз молодежи» города Вязники был организационно оформлен. В него вошли юноши и девушки из тех предприятий и учреждений, которые не имели своих союзов. В качестве своей главной задачи Союз ставил борьбу за социалистический строй. Усилиями Е.Фокина, при его непосредственном участии, комсомольская организация была создана и в полку особого назначения. В это время велась работа по реорганизации гимназий в советские трудовые школы. Они еще не имели своих молодежных организаций, и передовые гимназисты состояли в городском «Союзе». Именно через них оказывалось влияние на гимназистскую молодежь.
Являясь секретарем исполкома, Е.Фокин горячо поддержал предложение трудящихся горкомхоза о возведении к первой годовщине Октября памятника В.И.Ленину в нашем городе. Вел большую работу по защите экономических прав молодежи: установление справедливой оплаты труда, улучшение условий жизни в ярцевских каморках, ограничение произвола мастеров. В октябре 1918 вязниковцы получили приглашение прислать делегата на первый Всероссийский съезд молодежи. И было вполне естественно, что туда направили Евгения Фокина. Если учесть, что из Владимирской губернии только два города послали на съезд своих делегатов, то надо считать этот факт признанием заслуг вязниковского «Союза молодежи». На представительном форуме в Москве Е.Фокин не просто присутствовал, он выступил с большой политической речью. В своих воспоминаниях А.Безыменский написал: «Помню, как Фокин «трепанулся» по текущему моменту и настолько горячо, что (правда, без последствий) уронил с трибуны пустой графин».
В ноябре 1918 Вязниковский «Союз молодежи» под влиянием Фокина принял Программу и Устав, утвержденные Всероссийским съездом, и в его названии появляются слова «Российский Коммунистический Союз Молодежи». На первом съезде молодежных организаций Владимирской губернии в декабре 1918 Е.Фокин выступил с докладом «Политические задачи молодежи». Съезд единогласно избрал его членом губкома и первым его председателем. По обычаям тех лет партийный комитет Вязниковской организации РКП(б) решал вопрос - отпустить нужного ему самому молодого большевика на работу во Владимир или нет. После раздумий и споров 22 декабря было принято решение: «Находя работу т. Фокина в губернском комитете РКСМ более полезной, чем здесь, партийный комитет находит нужным удовлетворить ходатайство губернского комитета РКСМ». В дальнейшем Евгений Фокин вырос в крупного партийного работника. В период с 1919 по 1922 он находился в рядах Красной Армии сначала комиссаром, а затем командиром полка и губернским военкомом города Николаева. По окончании работы в Николаеве и Херсоне Евгений был направлен на должность заместителя редактора газеты «Одесские известия», а затем ЦК ВКП(б) утвер-дил его секретарем газеты «Известия». В 1930 Е.Фокин принят на учебу в Ин-ститут красной профессуры, а затем, согласно постановлению ЦК ВКП(б), с 1933 он был направлен заведовать Ленинградским отделением «Политиздата». В 1935 Е. Фокин утвержден заведующим отделом Ленинградского обкома ВКП(б), а затем директором Ленинградского филиала музея В.И.Ленина. По поручению ЦК ВКП(б) Е.Фокин работал в ре-дакционных комиссиях XVI, XVII Всесоюзных партконференций, на XVII съезде ВКП(б) участвовал в  выпуске информационных бюллетеней. Им написано несколько книг по истории февральской буржуазно-демократической революции. Фокин Е. Февральская буржуазно-демократическая революция. М., 1932, 1937.
Оклеветанный, Е.Л.Фокин, погиб в 1940-е. Инфолрмация сайта МДВ Казахстана: Фокин Евгений Лаврентьевич, 1897 года рождения русский. Место рождения: СССР, район Коврова. Образование: высшее (профиль неизвестен). До ареста проживал:  Южно-Казахстанская обл.Чимкент. работал кассиром в Чимкентский столовых и ресторанов трест. Кем и когда арестован: 09.01.1942 года, УНКВД по ЮКО. Статья: 58-10 УК РСФСР Осужден к лишению свободы в ИТЛ на 10 лет. Дата и орган реабилитации:19.04.1990 года, Верховный Суд СССР. Причина прекращения дела: За отсутствием состава преступления.
Фомин Валерий Владимирович (1950-2015), родился в поселке Но-вовязники. После окончания в 1967  железнодорожной средней школы № 8 станции Вязники уехал в Ковров в целях продолжения образования. Обучаясь в вечерней школе рабочей молодежи, работал на одном из машиностроительных заводов города, где за короткое время прошел трудовой путь от ученика электромонтера до старшего техника-конструктора. В 1972 был приглашен на должность инженера-технолога на строящийся Вязниковский завод автотракторной осветительной арматуры. Работал начальником технологического бюро, заместителем начальника цеха. Внес большой вклад в развитие прогрессивных технологических процессов, средств механизации и автоматизации производственных процессов в сборочном производстве. Разработанные под его руководством автоматиче-ские линии позволили значительно сократить трудоемкость сборочных работ.

 

В.В.Фомин с женой Верой Григорьевной Фоминой (Поддубной)

Одна из таких линий в конце 1980-х годов демонстрировалась на ВДНХ СССР и получила высокую оценку специалистов. Последние годы трудовой деятельности В.В.Фомина были связаны с нефтяной компанией «Лукойл». Будучи человеком творческим, активным, в течение долгого времени он занимался комсомольской работой. Избирался секретарем комитета комсомола школы, секретарем комитета комсомола ВЗОА, был членом Вязниковского городского комитета ВЛКСМ, членом Владимирского областного комитета комсомола.
Фонова Татьяна Леонидовна (р.1971), учитель математики и информатики Вязниковской школы № 5. Окончила Евразийский государственный университет  им. Л.Н.Гумилева (1998). С 2007 выполняет обязанности вебмастера школьного сайта.  Награждена  Почетной грамотой Законодательного Собрания Владимирской области (2013) за многолетний высокоэффективный труд в системе образования Вязниковского района. В 2015 сайт учителя математики и информатики Н.Л.Фоновой в категории «Персональные сайты» был признан сайтом высокого уровня в Общероссийском рейтинге школьных  сайтов. Сайт школы  № 5 г. Вязники стал победителем конкурса «Школьный сайт-2010». В целом сайты школы № 5 и Т.Л.Фоновой награждены 5 дипломами, 4 грамотами фестивалей школьных сайтов, благодарственными письмами  организаторов фестивалей за высокий профессионализм и активное участие в организации интеллекту-альной и творческой деятельности школьников.
Фролов Вячеслав Александрович, председатель колхоза «Родина» с 1963 по 1968. Из книги Л.А.Карташовой:  В 1963 году председателем колхоза был избран Вячеслав Александрович Фролов, проработавший в этой должности до 1968 года. В 1961 году, после окончания Горьковского сельско-хозяйственного института, он приехал в колхоз молодым агрономом.
Колхозники разглядели в нем трудолюбивого, любящего землю и людей человека, и на отчетно-перевыборном собрании (через год) избрали своим председателем. Жилья в то время в колхозе не было, и он со своей семьей поселился в пустующем стареньком домике, а когда был построен первый колхозный дом, переехал в него жить со своей семьей. Приступив к работе в качестве председателя, Вячеслав Александрович, в первую очередь, обратил внимание на бездорожье, а дороги - это жизнь. Правление колхоза принимает решение о строительстве восьмиквартирного дома. Потянулась в колхоз молодежь. Встал вопрос о строительстве детского сада, который был выстроен и пущен в эксплуатацию в 1969 году. Затем была выстроена механическая мастерская, восьмиквартирный дом, новая контора, которую впоследствии отдали под швейный цех. Правление колхоза, партийная и профсоюзная организации большое внимание уделяли такому вопросу, как повышение квалификации механизаторов широкого профиля. Ежегодно в школу механизаторов направлялись несколько учеников, выпускников Пирово-Городищенской восьмилетней школы, а те, кто постарше, получали путевку на курсы механизаторов, которые проводились на базе районной «Сельхозтехники». В зимнее время полеводы, животноводы, трактористы садились за парты и учились. Учеба проводилась силами специалистов своего хозяйства. Учили кадры, приобретали нужную технику, сельскохозяйственные машины, облегчающие труд колхозников. Все это делалось по-хозяйски, закупка новых машин планировалась на основании рациональных норм загрузки. Шли годы, хозяйство развивалось и крепло. В 1967 году открыли подсобный цех, где шили салфетки, рукавицы, стегали ватные матрацы и одеяла. Они (швейники, так их называли тогда в колхозе) не только шили, но и позволяли устранять сезонность труда в колхозе, успешно выполняли роль резерва кадров для полеводства и животноводства. Руководителем цеха был Кириченко Николай Гаврилович. Позднее был открыт второй цех, которым руководил Козлов Алексей Михайлович. Специалистами, работающими с Вячеславом Александровичем, были: главный зоотехник Родионов Леонид Сергеевич, главный агроном Петров Василий Иванович, агроном-семеновод Никоноров Иван Яковлевич, с 1965 года Карташова Лидия Андреевна; главный бухгалтер Черепкова Мария Георгиевна, экономист Мочалова (Швецова) Ирина Васильевна, инженер-механик Кузовков Григорий Яковлевич, зав. мастерской  Сергеев Анатолий Никитович, главный ветврач Шелепаев Владимир Павлович, помощник главного ветеринарного врача Щелоков Николай Васильевич, секретарь партийной организации Карташов Дмитрий Семенович, председатель профсоюзного комитета Назаров Евгений Иванович.
Фролов Николай Владимирович, историк, краевед, автор многочисленных публикаций о вязниковской истории. Живет в Коврове.
Фролова Галина Дмитриевна, директор совхоза «Вперед» в 1960-е.
Фролова Екатерина Андреевна, учитель математики, директор Мстёрской школы № 11 в годы Великой Отечественной войны.
Фрунзе Михаил Васильевич (1885-1925), советский военно-политический деятель, один из руководящих работников Красной Армии, формировавший в Шуе 7-ю Владимирскую стрелковую (впоследствии Краснознаменную) диви-зию, в которую вошел и 59-й Вязниковский стрелковый полк. Михаил Фрунзе родился в городе Пишпек (Бишкек) Семиреченской области в семье фельдшера-молдаванина. С золотой медалью окончил гимназию в г. Верном (ныне Алма-Ата), учился в Санкт-Петербургском политехническом институте, который он оставил, увлекшись революционной борьбой. В 1904 в возрасте 19 лет Фрунзе вступил в РСДРП.
Во время демонстрации 9 января 1905 («Кровавое воскресенье»)  был ранен в руку. На следующий день он писал матери: «...Жребий брошен, Рубикон перейден, дорога определилась. Отдаю всего себя революции». В том же году по указанию партии он поселился во Владимирской губернии. Работал в Иваново-Вознесенске и Шуе, являвшимися центрами текстильной промышленности страны (3-й по численности рабочих промышленный район Российской империи после Петербурга и Москвы), стал одним из организаторов грандиозной Иваново-Вознесенской стачки текстильщиков, создал боевую дружину. В Иваново-Вознесенске возник первый в России Совет рабочих депутатов. В октябре Фрунзе был арестован и выслан в Казань, а уже в декабре вместе со своими боевиками сражался на баррикадах Красной Пресни в Москве.
 
М.В.Фрунзе. Репродукция с картины И.И.Бродского
 
Под руководством Михаила Васильевича проводятся стачки, митинги, захваты оружия, составляются и издаются листовки. В 1906 на IV съезде РСДРП в Стокгольме Фрунзе (самый молодой делегат съезда) познакомился с В.И.Лениным. Под псевдонимом «товарищ Арсений» Фрунзе включился в активную антиправительственную деятельность, 17 января 1907 организовал вооруженный захват типографии в Шуе,  вооруженное нападение на полицейского урядника. Его избирают делегатом и на V съезд РСДРП. Но присутствовать на съезде он уже не смог - 24 марта 1907 был арестован в Шуе. Суд начался 12-13 марта 1908  в здании Владимирского окружного суда.  Далее дело о покушении на урядника разбиралось выездным судом Московского военного округа. 27 января 1909 судья генерал-палач огласил приговор Фрунзе и Гусеву: «...лишить всех прав состояния и каждого подвергнуть смертной казни через повешение». Из здания суда осужденных доставили во Владимирский централ. Прошло более двух месяцев с того дня, когда Фрунзе, находившийся в камере смертников, узнал об отмене ему смертного приговора. Приговор был отменен, но «петля на шее» оставалась - дело направили на пересмотр. Кроме того, предстоял военный суд еще по одному делу. К суду привлекались руководители и члены Иваново-Вознесенской организации РСДРП. Обвинялось 38 человек. В их числе Фрунзе, Гусев, Постышев, Караваев, Уткин, Жуков и другие. Их отдали под суд за призывы к ниспровержению правительства и уничтожению самодержавия, за организацию боевых дружин и хранение оружия. Судебный процесс открылся 5 февраля 1910  и продолжался пять дней. Фрунзе выступил с горячей обличительной речью. Он говорил, что «...никакими судами и тюрьмами не задушить волю трудящихся к освобождению». 22 сентября 1910 во Владимире вновь началось слушание дела о покушении Гусева и Фрунзе на урядника. Дело разбирал военный суд. И вторично Гусев и Фрунзе были приговорены к смертной казни. И вновь Владимирский централ, и вновь камера смертников. На сей раз положение Михаила Васильевича было почти безнадежным. Каждую ночь уводили людей на казнь. Однако командующий Московским военным округом, опасаясь бури возмущения среди рабочих Владимирской губернии, заменил казнь каторгой: Фрунзе - на 6 лет, Гусеву - на 8 лет. Всего же, с прибавлением срока каторги, Фрунзе должен был отбыть на каторжных работах десять лет. Этот срок он отбывал во Владимирской каторжной тюрьме вплоть до июня 1912, потом на юге - в Николаевском централе. Оттуда в 1914 был отправлен на вечное поселение в Сибирь. В следующем году, сбежав из Сибири, он вновь становится активным бойцом партии. До февраля 1917 Фрунзе вел работу в войсках Западного фронта, затем руководил  организацией большевиков в Минске, участвовал в боях в Москве, куда распорядился прислать свой отряд. В начале 1918 Фрунзе был избран председателем Иваново-Вознесенского губкома РКП(б), стал военным комиссаром Иваново-Вознесенской губернии, затем был назначен военным комиссаром Ярославского военного округа, включавшего в себя восемь губерний. Необходимо было восстанавливать округ после недавнего восстания в Ярославле, требовалось в сжатые сроки сформировать стрелковые дивизии для Красной Армии. В начале 1918 эта деятельность была непосредственно связана с Вязниками. По итогам Гражданской войны Фрунзе приобрел славу победителя Колчака, уральских казаков и Врангеля, покорителя Туркестана, ликвидатора петлюровцев и махновцев.  Он обладал харизмой военного руководителя, способного повести за собой красноармейские массы. Однако, прежде всего, это был талантливый организатор и дальновидный политический руководитель. До сих пор остается актуальным одно из его выступлений в 1919: «Каждый дурак может понять, что там,  в лагере наших врагов, как раз и не может быть национального возрождения России, что как раз с той стороны и не может быть речи о борьбе за благополучие русского народа. Потому что не из-за прекрасных же глаз все эти французы, англичане помогают Деникину и Колчаку - естественно, что они преследуют свои интересы. Этот факт должен быть достаточно ясен, что России там нет, что Россия у нас… Мы не размазня вроде Керенского. Мы ведем смертельный бой. Мы знаем, если победят нас, то сотни тысяч, миллионы самых лучших, стойких и энергичных в нашей стране будут истреблены, мы знаем, что с нами не будут разговаривать, нас будут только вешать, и вся наша родина зальется кровью. Наша страна будет порабощена иностранным капиталом. А что касается фабрик и заводов, то они уже давно проданы…».
В молодости Михаил Фрунзе был активным революционером, имеющим непосредственное отношение к Владимирской губернии. Поэтому не случаен тот факт, что инициатором установки ему памятника выступил Владимирский комсомол. Во главе всей работы по организации создания монумента М.Фрунзе был первый секретарь Владимирского горкома ВЛКСМ Вячеслав Румянцев, до этого работавший первым секретарем Вязниковского горкома комсомола и, естественно, хорошо знавший историю формирования в 1918 Михаилом Фрунзе 59-го Вязниковского стрелкового полка. Работа по созданию памятника в целом проводилась в течение 7 лет. Деньги на проведение Всероссийского конкурса скульпторов и строительство памятника зарабатывались комсомольцами и молодежью Владимира на субботниках и воскресниках. После избрания В.Румянцева вторым, а затем первым секретарем обкома ВЛКСМ, работа по сбору средств на памятник продолжалась под руководством  первого секретаря горкома комсомола Владимира Куделькина. Завершалось создание памятника совместно с Министерством культуры РСФСР, с участием первого секретаря горкома ВЛКСМ Валерия Кузьминых. В.Кузьминых неоднократно выезжал на заседания художественного Совета Минкультуры РСФСР в Ленинграде, размещал заказ на изготовление памятника в бронзе на Ленинградском комбинате «Монумент-скульптура»; организовывал вместе с комсомольским активом станции Владимир мотопробег по местам, связанным с деятельностью Михаила Фрунзе в дореволюционный период, проводил торжественное открытие памятника 12 июля 1974 с участием ветеранов войны и труда из Ивановской области, комсомольских и ветеранских делегаций из всех городов и районов Владимирской области. До этого, по предложению первого секретаря Владимирского горкома КПСС С.И.Иголкина, горком и горисполком приняли решение о реконструкции площади, где планировалось установить памятник, и переименовании ее в площадь им. М.В.Фрунзе. Расходы на все  работы по реконструкции площади и ее благоустройству город взял на себя. Комсомольцы и молодежь  районов  города (особенно Фрунзенского) принимали активное участие в реконструкции площади на субботниках и воскресниках. Памятник получился величественным. Общая его высота - 9 метров, высота фигуры - 6 метров. На трех гранитных плитах, установленных на лестнице, изображены героические фрагменты из жизни Фрунзе. Авторы монумента - ленинградские скульпторы  Б.Д. Яковлев и Ю.А.Вашкевич, архитектор В.А.Сохин.

Категория: На семи венцах Клязьмы | Просмотров: 32 | Добавил: Р-6176